vokiturk (vokiturk) wrote,
vokiturk
vokiturk

Category:

Игра в любовь (Кира Дмитриева (Москва))

Друзья! Представляем Вашему вниманию новый рассказ нашего автора Киры Дмитриевой "Игра в любовь". Эта интересная романтическая история не оставит никого равнодушным. Приятного чтения!



Когда этот крутой поворот случился в моей жизни, я был молодым подающим большие надежды актером театра. Мне было 25 лет, я окончил актерский факультет у прекрасного мастера, но продолжал учиться, мечтая стать режиссером. Я был вполне счастливым человеком. Занимал свое место в жизни, как золотая рыбка, обитающая в родном ей водоёме, где нет незнакомых хищников, известны все подводные камни, соленость воды нужной степени.

Я любил свою профессию, точнее даже ремесло. На сцене чувствовал себя уверенно, тексты выучивал быстро, темный зал, заполненный дыханием публики, ожидающей волшебства, меня вдохновлял. Мои дорогие родители (тоже из театрального мира) и матушка Природа наделили меня вполне сносной внешностью, идеально подходящей для сцены и позволяющей мне играть, как роли героев-любовников, так и отрицательных персонажей.

Жил я один в старой квартире в историческом центре Москвы в переулке недалеко от Большой Никитской. Досталась она мне от любимой бабушки, талантливой и известной актрисы театра и кино. Некоторые мои гости считали, что квартира нуждается в ремонте. Но у меня не было ни денег, ни времени, ни желания что-то здесь менять. Для меня это история, музей, где все пропитано прошлым. Здесь бывало много интересных людей, стены помнили разговоры великих актеров, художников, режиссеров на темы искусства и жизни. Со стен на современный мир взирают люди из прошлого. Маленьким я часто тут бывал и слушал увлекательные беседы, радовался, когда взрослые смеялись, хотя слабо понимал, о чем они. И кто-то будет мне предлагать стереть это прошлое и заклеить его свежими обоями, заменить старые деревянные комоды на однодневную пластиковую мебель? Ну уж нет.

Так жил я, занятый своим делом, окруженный друзьями и завистниками. Все они — люди из моего мира, понятные мне, приятные и не очень. Между нами присутствует здоровая конкуренция, где мы меряемся своими талантами, способностями. В нашем мире человек стоит столько, сколько стоит его талант и трудолюбие. Причем талант определяется не столько количеством поклонников, сколько количеством врагов и завистников.

Да, только не начинайте мне завидовать. Я был счастлив, без шуток. Но однажды мой мир перевернулся. И случилось это после очередного спектакля, на котором я был замечен одной юной романтичной особой лет 17ти, которая ничего лучше не придумала, как влюбиться в моего героя и закатить истерику. Папой этой юной влюбчивой особы оказался весьма состоятельный бизнесмен, который до этого дня радовался, что его дочка вместо ночных клубов ходит в театры. О том, что такое театральная жизнь он имел весьма слабое представление, потому не мог отделить суть героя от сути актера, исполняющего роль этого самого героя. Узнав, что его дочка без памяти влюбилась в некоего Фигаро, её отец, готовый на все ради любимой единственной дочери, ничего лучше не придумал, как найти этого самозванца — то есть меня. И нашел. Ради этого он сам впервые пошел в театр, чтобы взглянуть на будущего зятя со странным именем Фигаро. После спектакля мне передали карточку с контактными данными господина, где перечислялись все его вымышленные регалии с припиской: «Жду вас в девять вечера в кафе напротив театра. Вопрос важный и не терпит отлагательства».

Сначала меня такая категоричная форма приглашения разозлила. Ни спасибо, ни пожалуйста. Но, с другой стороны — это же меня сильно заинтриговало. В назначенное время, сняв грим и переодевшись, я пришел в кафе. Навстречу мне из-за столика вышел пузатый мужчина лет пятидесяти пяти, весь седой и весьма озабоченный. Пригласив меня сесть за его столик, он сразу начал разговор, перейдя к сути, как истинно деловой человек:

- Добрый день, Фигаро. Спасибо, что откликнулись на мое приглашение. Дело весьма важное и носит деликатный характер. Дело в том, что моя дочка Катя была на вашем спектакле и влюбилась в вас. Этот спектакль она посетила уже пять раз. Будучи девушкой ранимой и впечатлительной, она в раннем детстве потеряла мать, что стало для нее огромным стрессом. Сегодня воспитывается мной и нянями. Я могу дать ей много денег, но никогда не смогу восполнить недостающую материнскую любовь. Моя девочка выросла, и скоро ей будет нужна мужская любовь. Я больше никому не позволю её расстраивать.

Меня поразило такое обращение. Сначала немного смутило, но, когда я понял, что к чему, меня охватил смех, который я силился подавить, отчего покраснел, как варенный рак. Закончив излагать суть дела, он вылупил на меня свои поблекшие глаза чуть навыкате в ожидании ответа. Я не заставил долго ждать:

- Польщен вниманием вашей дочери. Но почему вы решили, что она влюбилась именно в меня, Сергея, а не моего героя, которого как раз зовут Фигаро?

- Молодой человек, вы меня тут не путайте, - возмутился отец.

- Простите, я просто хотел немного прояснить, кто есть кто.

- Сергей, вы должны подыграть моей дочери, если не способны будете её полюбить. Четно, я бы и не хотел видеть в роли зятя актера. Так что давайте ограничимся игрой.

- Но я даже не видел вашу дочь! - возмутился я снова ультимативному тону собеседника.

- Скоро увидите, мы сейчас поедем к нам в гости. Договор такой: вы месяц играете роль влюбленного юноши, отвечаете взаимностью моей дочери. А потом делаете все, чтобы она сама в вас разочаровалась и рассталась с вами.

Форма изложенного снова носила ультимативный характер. Я понял, что выбора у меня нет, да и поставленная задача вызвала юношеский интерес, потому я покорно последовал за толстопузым господином. В машине он продолжил:

- Молодой человек, какая у вас цель жизни?

- Цель…есть мечта, стать лучшим режиссером театра.

- Что такое мечта? Мечтать – удел девчонок. А вы мужчина или я ошибся? – раздраженно буркнул отец юной особы.

- Мечта – это нечто, что остается недосягаемым и независящим от тебя, и от этого мечта особенно прекрасна. Цель – это то, что достижимо, если приложить усилия. В таком случае моя цель – стать театральным режиссером.

- Я посодействую тебе в достижении озвученной цели, если ты не обидишь мою дочку. А вообще - умничаете вы много, Фигаро. А я наслышан, что он повеса.

Я решил оставить это заявление без комментариев, дабы окончательно не запутать бедолагу, кто есть кто.

Тем временем мы незаметно подъехали к большому особняку. По моим представлениям в таком жила Пиковая Дама. Весьма мрачное, но помпезное строение из серого камня с распахнутыми скрипящими ставнями на больших окнах. Здесь и состоялась наша первая встреча с юной мечтательницей, чье сердце покорил мой герой. Выглядела она весьма безобидно и гораздо моложе своих лет: невысокого роста с ладной фигуркой и длинными волосами цвета ржи — эдакая Дюймовочка. Она подняла на меня небесно-голубые глаза полные любви, которые меня сразили. Я вдруг ощутил давящий груз ответственности. Она же еще совсем ребенок, а мне надо врать этому ребенку, смотря в глаза, доверчиво открытые миру.

Сам себя обманывая, я решил, что буду продолжать играть роль Фигаро. Тогда все это будет не обманом, а игрой. А потом я просто выйду из роли, и сердце юной мечтательницы остынет, ибо сам я её любви ничем не заслужил. Итак, одев на себя маску Фигаро, парня легкого и шутливого, я приступил к знакомству:

- Что за прекрасное создание живет в этом мрачном замке? Разрешите вашу ручку, юная прелестница, - выпалил я, наклонившись к девушке, растянув рот в льстивой улыбке.

- Меня зовут Катя, - тихо ответила юная особа, подав мне свою белую маленькую ручку для поцелуя.

То, с какой легкостью она это сделала, говорило о том, что ей не привыкать к подобным жестам, которыми разбаловали ее просители отца.

- Очень приятно, - ответил я, слегка прикоснувшись губами к нежной коже. – Будем знакомы. Не покажите ли вы мне свои владения?

Она с радостью согласилась и повела меня во внутренний сад. Следуя за ней, я мельком обернулся на отца и прочитал на его лице довольное одобрение. Игра началась, наш с ним вербальный договор вступил в силу.


Я старался быть максимально любезным и нежным с этим хрупким созданием, что не составляло большого труда. В день нашего знакомства мы погуляли по их весьма большому и просторному саду, подсвечиваемому светильниками, спрятанными в кустах роз и придающих некую таинственность всему саду. Потом прогулялись по дому. После мне был предложен чай с печеньями, приготовленными самой девушкой. Меня приятно удивила ее хозяйственность. Провожая меня, она пригласила снова зайти через день. Домой меня отвезли на служебной машине хозяина дома. В дороге я много размышлял о прошедшем дне. Столько событий и такой неожиданный поворот – продолжение спектакля-импровизации за кулисами. Это нечто совсем новое интриговало меня.

После второго визита я пригласил Катю прогуляться в парке. Она не отличалась особой разговорчивостью, словно жила в своем выдуманном мире. Меня это вполне устраивало. Во время молчаливых прогулок я про себя репетировал новые роли. Но не забывал соответствовать выбранной для Кати маске Фигаро. Мне часто удавалось её рассмешить. Звонкий заразительный смех меня вдохновлял на новые шутки. Она мало задавала мне вопросов, словно уже придумала все ответы за меня. Она выдумала образ мужчины, моей задачей было угадать этот образ и соответствовать ему. Несложная задача для проницательного актера.

После нескольких таких невинных встреч Катя изъявила желание познакомить меня со своими друзьями. Встреча была назначена в каком-то модном клубе, где требовалось пройти строгий фейс-контроль. И я его не прошел. Видите ли, охранникам с отсутствующими выражениями на лицах не понравились мои потертые джинсы и растянутый свитер. Два служащих верзилы пронзили меня столь снисходительным взглядом, что к горлу подступило чувство тошноты. Я пытался отшутиться, но шутки на этих роботов не действовали, только еще больше раздражали их. Я позвонил Кате, кратко изложил суть проблемы. Через пять минут она появилась на входе в сопровождении своей вертлявой подруги-брюнетки, облаченной в весьма вульгарный костюм, сверкающий блесками и оголенными участниками тела, тоже покрытыми блестками. Блестящая подруга рьяно бросилась в бой. Она с вызовом обратилась к верзилам, возмущенная тем, что ее гостя не пропускают. Видимо, здесь она была постоянным клиентом, потому с охранников сразу слетел весь гонор, и они, поджав головы, начали оправдываться. В итоге меня пропустили и принесли извинения.

Внутри играла громкая музыка, в которой преобладали басы. Свет мелькал разными цветами, от чего рябило в глазах. Вокруг словно в судорогах бились влажные от пота тела посетителей. От ритма, выбиваемого басами, все внутренние органы сотрясались. На мгновение мне показалось, что я уже в чистилище. Подруга-брюнетка схватила меня за руку и куда-то повела. Я покорно следовал за ней сквозь обезумевшую толпу, слабо понимая, что происходит. Очнулся я в каком-то темном коридоре, где было относительно тихо.

- Слушай, парень, ты чего так вырядился? Это же самый пафосный клуб! Деньжат мало? – грубо парировала девушка.

- Простите, не понял? А в каком виде надо было приходить в ночной клуб? В смокинге? – в шутливой форме ответил я грубиянке.

- Мда..видимо с деньжатами у тебя нелады. Что, позарился на капиталы Катиного папочки? Видели мы таких. Катя – девушка простодушная и наивная, но я её в обиду не дам. Ты вообще кто такой?

Столь хамский тон меня ввел в ступор. Чтобы девушка-подросток так разговаривала с незнакомым мужчиной было для меня новостью. В моем мире такого не случалось. Я даже не знал, что ответить на такой выпад. Но, вспомнив, что меня тут нет, а есть только Фигаро, я парировал:

- Что же такое происходит. Такая очаровательная особа, и так меня невзлюбила. Вы разбиваете мое сердце. Скажи, королева, что мне надо сделать, чтобы все были довольны?

- Для начала надо нормально одеться. Тебя вообще не примут в нашей компании. Ты попал в мир брендов, в мир денег. Здесь все решает уровень дохода и наличие власти у родителей. У нас нет случайных персонажей.

- Понял. Я отнюдь не случайный. Но сейчас не об этом. Позвольте мне остаться уже в том, в чем я явился. Потому что без штанов я вряд ли буду выглядеть солиднее, хотя, однозначно буду соблазнительнее. Может тогда вы смените гнев на милость?

Шутка не была принята. Оля с досадой сплюнула и, гневно распахнув дверь, упорхнула в шумовой ад. Я подождал минутку, сглотнул чувство унижения и последовал за ней. Остальные друзья Кати не сильно отличались от блестящей брюнетки. Все девушки были одеты весьма вызывающе, а парни косили под стиляг: налаченные зачесы, обтягивающие джинсы с надписями Dolce&Cabana, Chanel и прочее, кожаные куртки со стразами. Эти вычурные наряды придавали им чувство уверенности в себе. Они пытались шутить, но все шутки были пошлыми. Вообще от всей компании сильно попахивало пошлостью. Катя не вписывалась ни в эту компанию, ни в это место. Меня приняли весьма снисходительно, словно делали одолжение Кате, терпя мое присутствие. Моя новая подруга тихо сидела в углу, потягивая какой-то цветной коктейль и иногда рассматривая меня влюбленными глазами. Я решил следовать ее примеру и тоже помалкивал. Шутить не хотелось, что-то рассказывать тоже не было желания. Я чувствовал себя совершенно чужим на этом пошлом празднике жизни, потому решил занять позицию наблюдателя. Этот мир и эти люди были для меня новыми. На меня особого внимания никто не обращал, что было для меня, привыкшему к всеобщей любви публики, непривычным. Через пару часов компания собралась сменить место дислокации, переехав на дорогих машинах с папочкиными шоферами в другой клуб. Я этим воспользовался, чтобы вырваться из этого пульсирующего ада и предложил Кате сбежать.

Приглушенные звенящей тишиной, мы молчаливо гуляли по набережной. Мимо к пристани проходил прогулочный речной кораблик, который своими праздничными фонариками освещал чёрную водную гладь.

- А давай прокатимся? Глотнем свежего речного воздуха после шумной душной вечеринки? – предложил я.

- Но уже поздно, папа будет волноваться, - неуверенно ответила Катя. Но в её глазах загорелось детское желание.

- А мы позвоним папе и предупредим его, - я достал телефон из кармана и набрал номер. – Олег Иванович, позволите мне еще ненадолго задержать Вашу дочку?.. Да, я в ответе за нее, обещаю вернуть целой и невредимой.

Согласие было получено, мы, будто сорвавшиеся с цепи собаки, побежали к пристани. Последний ночной рейс. Кораблик помчал нас от светящихся огоньков города в сторону области. От воды веяло приятной свежестью, уходить с палубы не хотелось. Я смотрел на по-детски радостную Катю и ощущал уколы совести. «Как же я, уже взрослый мужик, обманываю это дитя? Могу ли я так поступать с ней? И ради чего? Ради игры? Или ради надежды получить помощь в достижении своей цели стать успешным режиссером? Но она-то причем тут? Я не вправе её обидеть или сделать ей больно. Нельзя использовать человека в своих целях. Она же мне верит!». Катя, словно услышав мой внутренний монолог, резко повернулась ко мне:

- Мои друзья тебя не приняли. А это было для меня столь важно.

- Мне кажется, что твои друзья и тебя до конца не приняли, они скорее приняли твоего отца, а тебя, как его дочь. Ты же совсем другая.

- Ну что ты такое говоришь! Оля моя лучшая подруга! Она меня всегда защищает, всегда рядом.

- Оля — это та блестящая кукла?

- Не говори так о ней! - искренне возмутилась Катя.

Ее преданность другу меня поразила и смутила. Как она сохранила чистоту, живя в этом грязном мире денег? И сумеет ли она сохранять ее дальше? Хотя, какое мне было до этого дело. Моя задача продолжительностью в месяц через пару недель буде реализована, а дальше пусть живет, как привыкла. Это чужой мир, избалованная девчонка, которая изображает нежную принцессу. Для меня хороший новый опыт, встретил столько новых типажей, может пригодятся для будущих ролей, если опущусь до съемок в сериалах. Но что-то внутри меня было против такого развития событий. Я тогда еще не понимал, что именно: то ли снова моя совесть заговорила, то ли амбиции задетые.

- Катя, хочешь, я понравлюсь твоим друзьям?

- Но как?

- Обижаешь, я же актер. Понаблюдав за их повадками, я понял, что им надо. Пригласи их к себе в гости на следующей неделе. Я тоже приду.

- Договорились, - обрадовалась Катя и нежно меня обняла.

Мое сердце не выдержало, я поцеловал ее в чистый высокий лоб, большего я себе позволить не осмелился. Оказавшись наедине с ней, я снова почувствовал себя на коне: шутил, веселил её и наслаждался звонким девичьим смехом. В порывах безудержного веселья она нежно прижималась ко мне. В это время я услышал сзади приближающиеся медленные, но уверенные шаги. Кто-то похлопал меня по плечу:

- Закурить найдется? – обратился ко мне бугай ростом два метра с кепкой и глазами навыкате, так что белки, виднеющиеся под зрачками, отражали свет лампочек.

- Простите, не курю, - попытался вежливо ответить я, не провоцируя нового знакомого на дополнительные вопросы.

- Может у вашей девушки в сумочке найдется? – недобро ухмыльнулся бугай.

Я прижал Катю еще сильнее, помня недавнее обещание, данное ее отцу.

- Нет у нас ничего, оставьте свои шутки, пожалуйста, - буркнул я.

- Ну может девушка хотя бы танцует? Я бы пригласил, - слащавым тоном сообщил незнакомец и потянул к Кате свои липкие ручонки.

На палубе было темно, никого кроме нас троих. Из кабины доносилась приглушенная музыка, все пассажиры сейчас веселились внутри. Краем глаза я заметил блеск ножа во второй руке бугая, которую он медленно вытаскивал из кармана. Я рефлекторно схватил его за эту руку, он вскрикнул. Поняв в чем дело, Катя высвободилась из моих объятий и объявила, что согласна танцевать, но прямо на палубе, не погружаясь в гущу людей в зале. Я опешил и в неуверенности отступил. Незнакомец криво улыбнулся, сделал пару шагов к хрупкой девушке, которая на фоне двухметрового хулигана казалось Дюймовочкой в миниатюре. Обняв ее, он двинулся в нелепом танце, который больше напоминал сакральный танец людоеда с жертвой. Я не сводил с них глаз, готовый в любую минуту броситься на помощь. А про себя думал: «Какого черта я ввязался в эту историю? Теперь расхлебывать надо, что я буду мычать в ответ разъяренному отцу? Катя в опасности, а я стою молча и смотрю, дурак».

Однако выглядело так, словно Катя не нуждалась в моей помощи. Она весьма упоенно танцевала с верзилой, следуя за ним шаг за шагом и не отставала от ускоряющегося темпа. Вальсировали они в сторону борта, причем той стороны, которая была самой низкой и небезопасной. Я насторожился, сделал пару шагов к танцующим. И тут случилось невероятное: Катин партнер словно споткнулся обо что-то, его швырнуло в сторону борта. Под тяжестью собственного веса он преклонился и выпал за борт. Мигом взвыли сирены. По громкой связи неприятный дребезжащий голос объявил: «Внимание, человек за бортом, тревога, шлюпку на воду!». Зажглись яркие прожекторы, направленные на речную гладь и пронизывающие черную пучину до дна. Толпа наряженной публики высыпала на палубу. Мы отошли в тень, чтобы не привлекать всеобщего внимания. Я обнял Катю, она вся дрожала, словно мокрый щенок.

- Что это было? – тихо спросил я.

- Он ущипнул меня за ягодицу, - покраснев ответила Катя.

Да, это многое объясняло. Парень сильно промахнулся, задев честь девушки. Ловко сделанная в нужный момент подножка использовала кинетическую энергию вальсирующего верзилы против него же. Потеряв баланс, он уперся о борт, но высокий рост сделал свое дело. Получается маленькая Катя опрокинула двухметрового ухажера за борт. Прекрасно! Такого ни в каком спектакле еще не играли, просто потому что публика не поверит. Я посмотрел на свою спутницу другими глазами. Сколько силы духа и гордости в этом хрупком теле? А я задумал с ней шутки шутить? Сила кроется не в мышцах, а могуществе духа и уме. Мне хотелось пожать ей руку. Но вместо этого я крепко обнял ее и ощутил, как что-то внутри меня дрогнуло и замерло.

- Давай не будем рассказывать об этом приключении папе? Не стоит его лишний раз волновать, - тихо попросила Катя.

- Конечно не будем, - согласился я.

Меня охватило расслабляющее чувство облегчения. Катя жива и цела, строгий отец не узнает, как я не доглядел за его сокровищем. Противно то, что в этой сцене мне была отведена роль труса. Тем временем плавающего пассажира нашли и успешно выловили. Мы затерялись в толпе, и стоило судну причалить, мы покинули борт в первых рядах.


Доставив ее домой, я отчитался перед строгим отцом и отчалил готовиться к новой роли. На прощание еще раз обнял храбрую и такую привлекательную Катю.

- Не забудь, через неделю ты должна организовать пышный прием для своих друзей. Я непременно буду, как договаривались.

- Хорошо, уговор! – ответила мне Катя, нежно поцеловав в щеку.


Через неделю мне предстояло выступить в образе молодого преуспевающего бизнесмена, деятельность которого покрыта тайной, ибо придумать себе достойный бизнес даже на пару дней был не в состоянии, так далек я от коммерции. Я не смел даже допустить мысли, что смогу подвести Катю или не сдержать данного ей обещания. Разобьюсь в лепешку, но этим мажорам я понравлюсь! И после вытащу Катю из этого мира пустого тщеславия. После этого эмоционально насыщенного вечера я понял: с Катей я пойду в разведку!

Итак, лирика ушла на второй план. Началась ответственная работа. Костюмершу в театре попросил подобрать мне приличный костюм и кашемировое пальто. С задачей она справилась прекрасно, бонусом выдав мне лаковые туфли на изящной шнуровке. Судя по всему это был костюм английского денди из какой-то современной английской комедии. Наверное вы удивитесь, почему у уважающего себя актера дома нет приличного костюма. А я вам отвечу. Для меня костюм — это один из признаков полной несвободы, поскольку это униформа функционера. Выходя в приличное общество, я облачаюсь в спортивный пиджак и джинсы, а в случае необходимости присутствия на официальном мероприятии: брюки и классический пиджак контрастных цветов, разбавляя этот комплект бабочкой или ярким платком. Но только не удавкой в виде галстука серого цвета, затянутого на туго застегнутом воротнике рубашки. Но сейчас речь не о моем гардеробе и предпочтениях, а о том, как я готовил себе новый образ. У друга взял на пару дней дорогой мобильный телефон и часы. На прокат взял дорогую спортивную машину. Приходя после театра домой, я вместо того, чтобы одевать уютную домашнюю одежду, облачался в костюм, чтобы привыкнуть к этой рабской одежде и чувствовать себя в ней непринужденно. Однажды ко мне забежала соседка сверху за солью. Каково же было ее удивление, когда она обнаружила меня в фартуке, повязанном поверх темно-синего элегантного костюма и скрипучих лаковых ботинках, вместо домашних тапочек, крутящегося около плиты. Это я готовил себе ужин. «Ох уж эти придурковатые актеры», - читалось в ее выпученных от изумления глазах.

Неделя таких вечерних тренировок не прошла даром. Надо отметить, что одежда очень влияет на наше поведение. Костюм обязывает иначе держаться. Куда делись мои развязность и вольность в повадках. Как-то даже шутить в таком костюме казалось неуместным. Разве что умно молчать и иногда вставлять короткие, но многозначительные фразы. Для полного комплекта образа я купил пару кубинских сигар и стащил из гримерки чью-то позолоченную зажигалку.

Наступил день икс. Сев за руль новенького авто, я почувствовал, что Фигаро и след простыл, и что мне уже не 25, а все 45 по ощущениям, потому что роскошь — удел зрелых людей, которых уже сложно порадовать мелочами, столь действенными в здоровой юности. Через полчаса я припарковался у дома Кати. Кстати, на эту неделю я прекратил общение с ней, поскольку понял, что не могу больше притворяться, да и из образа Фигаро надо было поскорее выйти, дабы сконцентрироваться на новой роли. Но я не забывал звонить ей и передавать через курьера письма, чтобы сильно не расстраивать ее ранимое сердечко. Это придало еще больше романтики нашим отношениям.

У дома уже стояло много машин, основная часть гостей была в сборе. Я заглушил двигатель, приоткрыл окно, закурил сигару, чтобы собраться с мыслями и настроиться на нужный лад. Вспрыснул шею дорогими духами и вальяжно вышел из машины. Придав лицу снисходительно-скучающее выражение, я направился к парадному входу. Часы поблескивали парой бриллиантов, ботинки элегантно скрипели, духи оставляли ненавязчивых терпкий шлейф, полы бархатистого пальто развивались. В таком элегантно-дорогом виде я появился на пороге дома. Гости, все с узнаваемыми лицами, уставились на меня. У девушек заблестели глаза ярче блесток, которыми они были снова усыпаны от ногтей до головы. Парни, которые еще неделю назад в баре пренебрежительно поглядывали в мою сторону, в этот вечер подходили ко мне и с почтением протягивали холенные руки для пожатия. Пожимать их не хотелось, но нормы приличия обязывали. Катя стояла рядом с папой и принимала со сдержанной улыбкой гостей. На ней было очаровательное легкое светлое платье, волосы были собраны в высокий густой хвост, глаза приветливо светились. Увидев меня, она оторопела, а отец довольно улыбнулся:

- Фигаро, да вас не узнать! - выпалил он, протянув мне большую руку.

- Фигаро больше нет, уважаемый, - тихо ответил я, крепко пожав его руку.

- Ох, вечно вы меня путаете. Не знаю, кто вы сегодня, но с таким юношей куда приятнее иметь дело, - подмигнул мне хозяин дома.

- Разрешите, я украду вашу дочку ненадолго? - вежливо поинтересовался я, взяв Катю под руку.

Он одобрительно кивнул, и мы с Катей отошли в сторону. В это время зазвучала музыка — медленная лирическая мелодия. Я пригласил свою спутницу, чтобы не отвечать на ее расспросы, которые вот-вот должны были слететь с пухлых губок. Танцевать я умел, спасибо театральному училищу. Всеобщее внимание публики меня вдохновляло, я снова почувствовал себя на сцене, а значит — дома. В знакомой среде я расцветал. На каждую публику найдется свой герой. Фигаро этих парней не вдохновил, а вот элегантный состоятельный незнакомец вызвал неподдельный интерес. После танца всех пригласили к столу. Напротив меня оказалась та самая вертлявая Оля. Она выпучила на меня глаза:

- Слушай, это ты в баре был? Это что, такая фишка приходить в непотребном виде? Вызов обществу? Чем ты занимаешься?

- Так, есть свой небольшой бизнес, - неопределенно бросил я в ответ.

- О, я так и думала, что ты прикидываешься только. В тебе ощущался вкус к богатству, - с пошлой улыбочкой ответила девица.

В течение всего обеда она, не стесняясь, строила мне глазки, громко смеялась в ответ на мои незначительные шутки, засыпала меня вопросами и комплиментами. Двумя словами — агрессивно флиртовала. Вот она — лучшая подруга Кати. Я отвечал ей сдержанно и неохотно, что заводило ее еще больше.

Когда гостей провели в гостиную, вокруг меня собрался кружок Катиных приятелей. Я вальяжно закурил сигару, пуская дым в лица наименее симпатичных мне молодых людей. Последние все терпели. Конечно, от господина в золотых часах можно и унижение стерпеть. В таком обществе не обязательно быть вежливым и обходительным, здесь наглость является подтверждением финансовой состоятельности. Меня поражало, как резко изменилось отношение ко мне. Но насторожило то, что и отношение Кати ко мне изменилось. Она держалась в стороне и испуганно смотрела на меня. Девушка потеряла своего героя — шутливого, добродушного, веселого Фигаро. Вместо него явился какой-то хмурый и весьма сдержанный господин. Подойдя к ней, я увидел слезинку на нежной щеке. Когда я взял ее за руку, она вся словно сжалась.

- Катя, ну что ты, это же я! Твой Фигаро, - нежно обратился к ней, заглядывая в перепуганные глаза.

- Нет, это не ты! Не такого я тебя полюбила, - прошептала она сдавленным голосом, вырвалась и побежала прочь.

Ох уж эти мне ранимые тургеневские барышни. Но не успел я огорчиться, как передо мной нарисовалась Ольга. Завидев наглую ухмылку, я вспомнил ее унизительное обращение ко мне в баре и решил отомстить, поставив эту малолетнюю выскочку на место.

- Зачем вы меня преследуете, дама-блестячка? Знаете, я инвестировал пару миллионов в один дизайнерский проект, потому немного знаком с тенденциями моды, да и есть знакомые девушки из модельного бизнеса. Так вот, дамочка, дам вам бесценный совет — смойте блестки, они уже не в моде.

Смерив ее с головы до ног презрительным взглядом я, не дожидаясь ответа, развернулся и оставил девушку наедине с тугими размышлениями.


Неожиданно меня охватило чувство опустошающей усталости. Мне хотелось одного — украсть Катю, вытащить ее из этого поддельного мира, чтобы сохранить ее романтичность, нежность и чистоту. Я вдруг понял, что за эти несколько недель игры в любовь я по-настоящему привязался к этому юному созданию. Меня привлекал контраст между такой открытой и незащищенной наружностью и сильным духом, принципами. Кажется, я заигрался. В тот вечер Катю я больше не видел. Попрощавшись с отцом, я направился в сторону выхода. Однако на улице он меня догнал:

- Молодой человек, а вы могли бы сохранить этот образ до конца нашего оговоренного срока? Вы мне так больше нравитесь. Хочу, чтобы моя дочка привыкла к такому облику мужчины, который должен быть рядом ней.

- А откуда вы знаете, какой ей нужен человек рядом?

- Я же отец! Я знаю, что лучше для моей дочери. Не спорьте со мной, тем более, что через неделю наш контракт заканчивается. Не забывайте наш уговор, начинайте готовить пути к отступлению. И помните, это должно быть безболезненно для Кати. Будете умничкой, замолвлю за вас словечко кому надо в мире театральных чиновников.

- Вы слишком много на себя берете, отец. Мне кажется, что сегодня у нас случилось преждевременное расторжение контракта. Этим вечером Катя разочаровалась во мне, именно потому, что ей не нужен рядом такой мужчина, как мой сегодняшний герой, который вам так нравится.


Я сел в машину, завел мощный мотор и рванул с места. Мне хотелось поскорее исчезнуть из этого душного искусственного мира, вернуться в свой, такой понятный и привычный. В этом мире я даже играл неважно, явно переигрывал. Со всех сторон недовольный собой, я зашел домой, принял душ, забросил костюм подальше. Мне хотелось смыть с себя этот мерзкий вечер. Внутри я ощущал опустошенность. Еще никакая роль и никакой спектакль не изматывали меня так, как сегодняшнее дешевое представление. Публика приняла моего героя, но я не принял эту публику. Засыпал я с мыслью, что больше никогда не увижу Катю и мир, в котором она живет, ибо она от него неотделима.

Но на следующее утро я проснулся с головной болью и щемящим сердцем. Мне не хватало этой юной придумщицы, нежной девушки. Хотелось написать ей, но я не понимал, какую мне играть роль? Образ Фигаро остался в прошлом, новый образ не подошел. А быть с ней самими собой мне было страшно. Ведь она меня совсем не знала. Скорее всего я - весьма заурядный человек, яркий только на сцене, ничем не смог бы впечатлить ее богатое воображение. Сдав все детали вчерашнего образа, я вернулся к своей привычной работе. Сцена, репетиции, друзья, учеба. Но, казалось, что за время этой игры я потерял самого себя. Своей работой на сцене я не был доволен, друзья перестали узнавать меня. Словно, однажды выйдя за пределы своего естественного и любимого мной мира, я забыл дорогу обратно, заблудился.


Через две недели в театр пришел отец Кати. После спектакля его пустили ко мне в гримерную.

- Молодой человек, я не знаю, что вы сделали с моей дочерью, но она сама не своя.

- Я ее разочаровал, она меня сама изгнала, как мы с вами и договаривались.

- Я помню наш уговор, - раздраженно оборвал меня отец, - но результат меня не устраивает. Вы должны придумать, как исправить эту ситуацию.

- Вы слишком много от меня требуете. Я не Бог, и даже не Фигаро. Я просто Сергей.

- Простой Сергей, ты мужик или как? Тебе хоть немного жаль мою дочь? Она плачет ночами в подушку. Я больше не могу видеть ее покрасневшие и распухшие от слез глаза по утрам. Мне она улыбается, но я-то все вижу, - уже кричал дрожащим голосом отчаявшийся отец.

Мне вдруг стало самому очень грустно. Я понял, что сам невольно полюбил эту девушку, пока играл в любовь. Игра затянулась и проникла в мое сердце. Недопустимая оплошность для профессионального актера. Нельзя выносить сценического героя за пределы сцены. Так нас учили. А я вынес, и вот пришел час расплаты. Либо я должен доиграть спектакль «Свадьба Фигаро», либо не будет мне покоя на этом Свете. Подумав, я ответил:

- Я Сергей, и я буду бороться за сердце вашей дочери. У меня есть ровно год до ее совершеннолетия, чтобы добиться взаимности, чтобы она смогла полюбить меня, а не моего героя. Надеюсь, что и вы меня примите.

Отец пожал мне руку.

- Дерзайте, молодой человек! Добивайтесь поставленной цели, я не буду мешать. А что касается вашей мечты — она будет исполнена, я привык выполнять взятые на себя обязательства.

Мы пожали друг другу руки.


С тех пор прошло семь лет. Я стал молодым театральным режиссером. Мои постановки получают положительные отзывы самых строгих критиков. Катя стала театральным критиком. А ее отец создал фонд по содействию развития театрального искусства. И да, совсем забыл — Катя стала моей женой спустя три года после описанных мной событий, а позже и матерью нашего сына. Да-да, мне понадобилось три года, чтобы снова обрести самого себя и добиться расположения этой необычной девушки. Занавес, аплодисменты, ведь спектакль под названием «Жизнь» удался.

вензеля.png


Tags: Автор дня, Кира Дмитриева
Subscribe

Recent Posts from This Journal

promo vokiturk december 15, 2015 13:08 107
Buy for 20 tokens
Я выложил свой первый пост, Теперь я блогер как и все! Впредь ждёт меня активный рост, А вместе с ним - большой успех! Пишу я сразу обо всём, Все темы жажду охватить. Посты выкладываю днём, Как Ариадна красну нить. Во снах я вижу ваш репост! Но вновь проснувшись всё…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments